Что ты делаешь, как актер, чтобы зрители болели за Джейкоба, переживали с ним его чувства, ведь исход этого треугольника уже заранее известен?

Ну, ты пытаешься все делать пошагово. На съемках «Новолуния» я не думаю о «Затмении». А на съемках «Затмения» не думаю о «Рассвете». Нам просто надо сконцентрироваться на той части, над которой мы работаем сейчас.

А каково твоей семье и друзьям наблюдать за людьми, вопящими в экстазе при виде твоих фоток топлес?
(Смеется) Это странно. Я чувствую себя неловко. Уверен, они испытывают те же самые эмоции.

Над тобой уже подшучивали из-за этого на семейных ужинах?
Пока что нет, и надеюсь, этого не случится. Иначе я буду краснеть от смущения.

Ты пришел в актерство из карате. А как эти две области пересекаются? Мне кажется, и там, и там необходимо уметь сосредотачиваться и фокусироваться на чем-то.
Тебе предстоит много нелегкой работы. Вероятно, это я сильнее всего почерпнул из карате. Там нужно трудиться в поте лица. И много тренироваться. И тебе это нужно буквально для всего в этой жизни.

Твое усердие помогло заполучить роли в «Сумерках» и фильме Роберта Родригеза.
Именно так. И я обожаю экшн, поэтому мой прошлый опыт весьма помог.

Все без устали обсуждали, сколько мышц ты накачал. Шумиха вокруг актеров и их колебаний веса обычно характерна для более взрослых актеров, более раскрученных. Тебе же только 17. Каково это испытывать на себе взгляды людей, прикованные к твоим бицепсам?
Иначе. Ведь я изменился ради работы. И только. Я знал, что в «Новолунии» Джейкобу предстоит измениться не только морально, но и физически. И мне хотелось правдоподобно донести это до всех фанатов. Это было моей мотивацией. И тяжелой работой.

А твой прежний тренер по карате не сожалеет, что, в былые времена, когда ты выступал в турнирах, у тебя не были такие мускулы?
Ну, скорее всего, я не был бы таким гибким. Поэтому бы не смог добиться своих побед. Наверное, тренер даже рад.

Что тебе нравится в Джейкобе?
Мне нравятся его отношения с Беллой. Они удивительно не похожи на то, что происходит между Беллой и Эдвардом. Вначале Джейкоб и Белла просто очень хорошие друзья. Со временем они становятся лучшими друзьями, которые могут поделиться друг с другом абсолютно всем. Они начинают все делать вместе, водить мотоциклы. Мне это нравится. И их отношения со временем перерастают в нечто большее, и ты гадаешь, сможет ли это «нечто» стать чем-то еще, кроме дружбы. Я в восторге, что смогу показать это. И буду работать с потрясающей актрисой Кристен Стюарт, режиссером Крисом Вейтцем, да и вообще со всеми ними. Я работаю с удовольствием.

Что в «Новолунии» придется по душе твоим ровесникам?
В отличие от «Сумерек» там очень много экшна. Плюс «Новолуние» более захватывающее: там есть и оборотни, и вампиры, враждующие между собой и на дух не переносящие друг друга. Но на первый план выходит не только экшн, нет, скорее, сам сюжет. Ведь теперь в отношения вовлечен и третий человек.

Давненько у нас не было достойного фильма об оборотнях: кругом одни вампиры, зомби, а следом опять вампиры. Что самое клевое в оборотнях?
Они – другие. Оборотни обладают необычайной силой, и это клево. И тут – облом: мне не надо на самом деле играть своего оборотня. Это же сплошные спецэффекты. Вы видите либо только меня, либо цифрового оборотня. Вот вам и подвох. Но я уверен, что в фильме оборотни будут выглядеть достойно. Жду не дождусь, когда увижу это.

Кстати о превращении в волка. Приходилось ли тебе добавлять какие-то животные манеры в человеческий облик Джейкоба?
Единственное отличие двух фильмов состоит в том, что в «Новолунии» я играю Джейкоба до превращения, а затем – после. Он не превращается до середины фильма. До этого Джейкоб описывается, как неуклюжий парень. Он может споткнуться на ровном месте, запутавшись в своих собственных ногах. Он – всего лишь ребенок. Но, став оборотнем, Джейкоб, ни с того, ни с сего, обретает необычайную проворность и сноровку. Есть парочка сцен, где вы видите его новую проворность. Как раз именно над этим мне и пришлось сильнее всего поработать.

Не то, чтобы я хотел забежать далеко вперед, но все же. В четвертой книге любовь Джейкоба сильно изменяется. И это, на мой взгляд, будет весьма трудно показать людям, не читавшим книги. Есть какие-нибудь мысли о том, как будешь играть «импринтинг» Джейкоба на дочь Беллы?
Уверен, это будет совсем иначе. Когда я читал книгу, этот поворот сюжета явился для меня полной неожиданностью. Но мы пытаемся снимать фильмы последовательно, и насчет четвертого фильма не было никаких официальных подтверждений. Поэтому пока что мы просто сосредоточились над «Затмением».

А чем тебе больше всего нравится заниматься на съемках?
У меня под рукой всегда есть футбольный мяч, и на съемочной площадке полно народу, который не против поиграть. Поэтому я постоянно гоняю мяч. Так и развлекаюсь.

Чьи карьерные достижения тебе хотелось бы повторить?
Мне всегда нравился Мэтт Дэймон. Я фанатею по всем частям «Борна». Бред Питт, Дензел Вашингтон. Но мне хочется выйти за рамки. Я люблю не только экшны, но и драмы, в которых играли все эти актеры. Мне тоже нравится пробовать себя в различных амплуа. Романтические комедии, и самые лучшие здесь – Райан Рейнолдс и Джерард Батлер.

Райн Рейнолд превзошел все ожидания. Он просто бесподобен.
Однозначно.

А расскажи о работе с Гарри Маршаллом («Красотка», «Сбежавшая невеста») над «Днем св. Валентина».
Просто бесподобно. Я был рад сняться в этом фильме в перерывах до работы над «Затмением». Шанс поработать с Гарри выпадает всего лишь раз в жизни. Это было сплошным удовольствием, и я с нетерпением жду февраля, когда фильм выйдет на экраны.

Ну, Гарри – король в жанре комедий. Если ты хотел засветиться в комедии, то теперь это желание осуществилось.
Точно. Я понимаю, что о большем нельзя было даже и мечтать.

У тебя же там романтические отношения с тезкой Тэйлор, Тэйлор Свифт?
Ага, в фильме. И это прикольно.

У тебя тоже сердце кровью обливалось, когда Кани выпрыгнул на сцену во время кино-наград?
Да. Это было так… печально.

А в любви к какому фильму тебе стыдно признаться?
«Дневник памяти». Хотя не думаю, что должен стыдиться. Это величайший фильм. Да, мне не стыдно. Я с гордостью об этом говорю.

Вот что интересно в Джейкобе Блэке: он нативный американский индеец, которого представляют нам как неподражаемого романтического главного героя. Помню, в последний раз нечто подобное мы видели с участием Дэниэла Дэй-Льюиса или Кевина Костнера.
Ну, знаешь, я как-то и не думал об этом. Так значит, это интересно? Если призадуматься, то да, возвращаемся к «Последнему из Могикан».

Есть ли у тебя особое национальное наследие со стороны матери?

По большей части я голландец, немец и француз. Да, во мне есть многое.

Я слышал что-то про Оттаву и Потаватоми.
Мы даже не знаем, сколько всего намешано. Это мои очень дальние предки.

Да, верно. Я тоже голландец, поэтому стараюсь почаще напоминать людям об этом. Ведь о нас же так мало знают.
Точняк!

А ты бы стал встречаться с фанаткой?
Ну, я не исключаю никого...

И каково это? Ну, общение с фанатами.
Единственное, что я могу сказать, – это безумие. Ни я сам, ни кто-либо из нас не ожидали такого. Поэтому просто невероятно ощущать всю эту поддержку и страстную любовь фанатов. Мы так благодарны. Ведь если бы не они, нас бы не было здесь сегодня, на съемках третьего фильма в Ванкувере. Наши фанаты – самые лучшие.

Я видел на Amazon две книги о тебе.
Да ты что?!

Первая – твоя неофициальная биография. А вторая – 94-страничный сборник фотографий.
О боже. Ну, раз книги неофициальные, то верить им нельзя. Не верьте всему, что видите или читаете.

Люди могут сказать, что ты, например, на половину пришелец и на половину принц.
И все поверят. А это не есть хорошо. Тут другое. Вся эта сага – нечто особенное, отличное от других. И это хорошо, просто потрясающе.

А стараешься ли ты избегать соблазна погуглить самого себя?
Однозначно. Для меня это бы плохо закончилось. Я определенно пытаюсь держаться подальше от таких занятий, иначе это скажется на моей жизни и психике.

Делают ли родители что-то, чтобы держать твою жизнь под контролем? Типа: «Да, да, да, тут миллионы орущих девчонок, но ты все еще обычный ребенок».
Конечно. Надеюсь, для них это не очень сложно. Я чувствую себя именно так: как будто я все тот человек, что и раньше. Просто мир стал другим. У меня есть свой мир, и есть мир из «Сумерек».